?

Log in

No account? Create an account

Oren Reader

Оренбургская блогосфера в режиме реального времени


Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Здесь похоронена государственная тайна
oren_reader
Оригинал взят у rusnatali в Здесь похоронена государственная тайна
Родился в 1966 году – убит в 1999

15 лет назад прекратил свою работу «Оренбургский аппаратный завод», долгие годы костью сидевший в глотках руководителей западных государств.



В 1966 году «Оренбургский Аппаратный завод» выпустил свою первую продукцию. Это событие стало точкой отсчета его существования. Он выполнял заказы Министерства обороны СССР, вызывая здоровый интерес со стороны иностранных спецслужб.

Былая мощь государства

Один из крупнейших заводов области производил бытовую технику, обладавшую высочайшими техническими характеристиками свойственными тому времени. Выпускались там и радио-поисковые системы «Дозор», позволяющие отслеживать местонахождение угнанного автомобиля. Аналогичные системы использовались организаторами и участниками довольно популярного в конце 90-х экстрим-шоу Николая Фоменко «Перехват», только импортного производства.

А главным и, безусловно, секретным направлением было производство специальной электроники и радиодеталей для нужд Советской армии, в частности – для зенитно-ракетных комплексов «КРУГ»



и «КУБ»,



для зенитно-ракетных систем «БУК»






и «С-300».



А так же для многоцелевого истребителя «МиГ-23» - многорежимного боевого самолета, способного решать задачи фронтового истребителя, истребителя-перехватчика и маловысотного истребителя-бомбардировщика.



Для зенитного ракетно-пушечного комплекса «Тунгуска», не дававшего спать спокойно западной разведке своей уникальностью.



- Эта боевая машина была способна буквально за секунды расстрелять, летящий на скорости более 300 метров в секунду, истребитель, оставив от самолета жалкие ошметки, - рассказал мне подполковник запаса войск ПВО, Сухопутных войск, Александр Иванов. – Дальность поражения этой машины смерти достигает 10 километров, а огневая мощь – до 5 тысяч выстрелов в минуту.

В 1991 году «Оренбургский Аппаратный завод» был зарегистрирован в качестве юридического лица, как требовали тогда новые традиции и законы.
Казалось бы – началась новая эра, а значит и новая жизнь. Однако инновационным порывам не суждено было сбыться, в свете крушения «непобедимой армады», в мире известной как Союз Советских Социалистических Республик.
С развалом СССР «Аппаратный» встал в очередь на эвтаназию, но не гуманную и безболезненную, а жестокую и бессмысленную.

Заводская агония

В 1994 году на сцене появляется Промышленная компания «Концерн “Антей”», под руководством Юрия Бадалова, которая с отмашки Правительства РФ, возглавляемого Виктором Черномырдиным, вела активную приватизацию государственных предприятий.

Цитата из Постановления Правительства РФ от 1 декабря 1994 г. № 1309 «О создании акционерного общества открытого типа «Промышленная компания «Концерн “Антей”»: «…В процессе приватизации и после приватизации соответствующих предприятий их оборонная специализация сохраняется. Министерству обороны Российской Федерации заключить с компанией соглашение, определяющее порядок формирования и выполнения государственного оборонного заказа компанией и входящими в ее состав дочерними акционерными обществами.

…Рекомендовать правительству Москвы, Правительству Республики Марий Эл, Совету Министров Удмуртской Республики, администрациям Московской, Тульской, Оренбургской, Ярославской, Свердловской, Тверской областей и Краснодарского края, на территории которых расположены объекты компании и ее дочерних обществ, обеспечивать в месячный срок с даты государственной регистрации компании и ее дочерних обществ оформление в установленном порядке закрепления за компанией и ее дочерними обществами в бессрочное пользование земельных участков, занимаемых ими, а также отведенных под объекты, находящиеся в стадии проектирования и строительства. При оформлении закрепления земельных участков предусматривать преимущественное право выкупа земли в собственность дочерних обществ в установленном действующим законодательством порядке».

Тогда директору «Аппаратного завода» Владимиру Чайковскому говорили: «Ни в коем случае не приватизируй завод!». А может быть стоило? Может тогда он смог бы спасти предприятие?

8 января 1998 года, по приказу Чайковского за номером 1, работа предприятия была остановлена из-за отключения электроэнергии. Завод душили долгами. Так «Аппаратный» встретил свой новый и последний год. Гордо подняв все флаги, он пошел ко дну.

В начале 1998 года производство средств вооружения и военной техники, составлявшее 96% от имевшихся производственных мощностей «Оренбургского Аппаратного завода», были переданы на другие предприятия Концерна "Антей". По распоряжению его президента Юрия Бадалова, производство отошло Марийскому машиностроительному заводу. Потеряв государственные оборонные заказы, «Аппаратный завод» фактически был обескровлен.






Узнав о готовящемся постановлении Правительства РФ о ликвидации ряда предприятий, в «черные списки» которого попал и его завод, Владимир Чайковский предпринял отчаянную попытку спасти производственного гиганта. Заручившись поддержкой ректора Оренбургского государственного университета, Виктора Бондаренко, он обратился за помощью к главе региона Владимиру Елагину.

Сговорившись в начале 1998 года в официальной переписке с руководством Оренбургской области, ректором Оренбургского государственного университета, с главой «Концерна» и председателем Правительства РФ, о передаче предприятия Оренбургскому Госуниверситету, с целью сохранения рабочего потенциала завода, директор Владимир Чайковский наивно полагал, что покровительство ОГУ едва ли не единственный выход для спасения.
















Уже тогда упоминалась идея о создании на базе имеющейся инфраструктуры научно-технологического комплекса. Этот технополис должен был, по мнению Чайковского, обеспечить области выход на мировой уровень в области производства электронно-вычислительной техники. Тогда "Аппаратный завод" еще имел шансы, за счет имеющихся технологических линий.

- Он мог безболезненно и с минимальными затратами перепрофилировать свое производство. Например, начать выпуск современных высокоинформативных, многофункциональных и конкурентноспособных лабораторных практикумов, в которых тогда нуждались образовательные учреждения области, - рассказал бывший руководитель предприятия Владимир Чайковский.


Так и порешили…

У исполнявшего тогда обязанности ректора Виктора Бондаренко, похоже, было иное мнение на счет дальнейшего развития. Возглавив процедуру банкротства, он спешно избавился от Чайковского.

С 15 апреля 1998 года он во всю уже хозяйничал на заводе, в качестве конкурсного управляющего. Не откладывая в долгий ящик, ввел строгий пропускной режим на объекте. Начал инвентаризацию мобилизационного резерва.

По словам экс-директора «Аппаратного завода», придя на работу в одно прекрасное утро, Владимир Чайковский столкнулся нос к носу с вооруженной охраной, преградившей ему путь к собственному, уже даже опечатанному кабинету.

В январе 1999 года ликвидируются пост №8 отдела №83 в цехах №11 и 14. Сохранившиеся, но не реализованные изделия были уложены в контейнеры и опечатаны. Ключи от этих секретных помещений, в которых хранились не менее секретные приборы, были доверены лишь одному человеку – Томину Ю.Н. Он и должен был отвечать за сохранность секретного имущества. В мае 1999 года уничтожается секретная документация, в присутствии представителей Минобороны и ФСБ.



И уже в августе 1999 года вышел приказ о ликвидации ряда изделий специального назначения, среди которых были и те, что предназначались для нужд военных.
- Все папки с документами выложили в круг на дорожке и подожгли. В кучу нельзя было сваливать – могло что-то не прогореть, - вспоминает Руслан Хакимов, бывший сотрудник УФСБ. – Давили прессом детали, изготовленные для кодовых механизмов к системам запуска ядерных боеголовок, а так же все произведенные на заводе секретные изделия. А я контролировал, чтобы все это было уничтожено.

После завершения процедуры банкротства было выдано «свидетельство о смерти завода» – 8 декабря 1999 года «Оренбургский Аппаратный завод» был исключен из Государственного реестра юридических лиц и официально прекратил свою деятельность. Стремление к технологическому прорыву захлебнулось, превратившись в инновационный нарыв Оренбургской области.



Конкурсный управляющий якобы продал завод областной администрации за 2 млн. рублей. А в марте 2000 года предприятие было безвозмездно передано под оперативное управление Университету сроком на 49 лет.


Жизнь после смерти

После банкротства «Аппаратный» пытался выжить, переключив свое производство с военных заказов на выпуск мирной продукции. Завод начал выпускать газовые горелки и фитинги. Использовалось для этих целей, конечно же, имеющееся оборудование, в частности – универсальные координатные станки. Вот так, с истребителей пересели на фитинги – все равно, что имеющимися там же электронными микроскопами начать гвозди забивать. В планах у ректора ОГУ был еще запуск производства строительных материалов. По крайней мере, так было на словах.

Имеется так же и другая информация – уже после банкротства завод все еще выполнял полученные ранее оборонные заказы и выпускал детали, поставляемые в Индию и Финляндию. О чем свидетельствуют некоторые приказы Бондаренко, сохранившиеся в областном архиве. Однако ситуация не улучшалась – «Аппаратный» продолжал стремительно чахнуть.

Цитата из октябрьского номера 2010 года одной местной газеты («Оренбургская неделя»): «…экс-ректор хватал без разбору абсолютно все: Оренбургский аппаратный завод, Предуральскую нефтегазоразведочную экспедицию глубокого бурения, Саракташскую экспедицию. Брал списанное оборудование, заводские корпуса, землю, две сотни бросовых нефтяных скважин, собирался взять мраморный карьер, производственную базу дорожно-строительного управления. Как сказал один из заместителей губернатора, «Бондаренко даже старый паровоз возьмет, надо только предложить». Но денег в новую собственность Виктор Анатольевич не вкладывал. Поскольку, вложив средства, ты должен за все это нести финансовую ответственность».

Тем временем, планомерно разграбляемый в общей неразберихе производственный монстр тихо испускал дух, пока «потрошители» под видом научных сотрудников из очень средней Азии вычищали цеха от дорогостоящего хлама. Согласно легенде, рассказанной старожилами «Аппаратного», это оборудование в годы развала Союза было вывезено из города Душанбе и, пройдя круг посредников, прибыло в Оренбург. Где и нашло свой «последний приют» на высокотехнологичной свалке инноваций бывшего оборонного завода.









- Мы тогда с той свалки не вылезали. И драгметаллы находили. Я лично нашел баночку с серым порошком. Оказалось – это чистое серебро. 200 грамм. До недавнего времени хранил как память. Потом нужда заставила – продал, - поделился воспоминаниями один из бывших сотрудников «Аппаратного», Андрей Кучеренко. – Зря продал. Продешевил.

Что-то из имущества разбиралось на части и выбрасывалось на образовавшуюся рядом с заводом инновационную свалку, иное – стаскивалось на задний двор, и там хладнокровно уничтожалось бульдозерами, другое – банально выбрасывалось из окон. Такая участь постигла все оборудование, которому не смогли найти покупателя.
- Все… Все, что не смогли быстро продать, они рушили, выбрасывали. Жуткая картина была, - рассказал Владимир Нечаев, работавший в те годы в ОГУ. – Те ученые из Азии, научные сотрудники, с такой злобой громили оборудование, будто бы мстили за то, что у них увели эти станки.
Не известна судьба пяти килограммов золота и более ста килограммов серебра, находившихся в цехах завода. В документах конкурсного производства драгоценные металлы не упоминались. А попытка возбудить уголовное дело по поводу их хищения успехом не увенчалась.
Ушли в неизвестном направлении более 60 дорогостоящих станков, тысячи тонн черного и цветного металла, а так же весь запас «Мобилизационного резерва», хранившегося на случай войны.
Теперь от одного из крупнейших предприятий остались лишь руины, покрытые паутиной и пылью, под которыми похоронена государственная тайна.





Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.